Антиблокада
– Товарищ профессор, рвота у меня закончилась, ещё ночью. Пока сейчас ехали сюда, меня ни разу не тошнило. Пальцы на руках начали слушаться. Изображение в глазах больше не двоит. О каком ограничении идёт речь? Я из разведки, у нас просто санаторий: постоянно чистый воздух, много солнца, много движений. Зарастёт всё, как на собаке. А память? Я помню всё, что было в последние два дня, даже по часам. Рановато меня списывать.
– Вот что, ранбольной! С такими травмами не живут, как Вы на ногах стоите, для меня это большой вопрос. Есть подозрение, что это пост-травматический синдром. Как только он закончится, вы умрёте.
– Ну, похоронят, если смогут. Сейчас не всем места в могилах хватает. Всё чаще просто в воронках.
– Идите, молодой человек, Вы просто не понимаете, что говорите.
– Напрасно, товарищ профессор, Вы меня списываете. Я выкарабкался.
– Идите-идите, Вы напрасно отнимаете у меня время.
Капитан, который меня сопровождал, вошёл в кабинет нейрохирурга. Он пробыл там около 10 минут, и вышел с пакетом каких-то бумаг.