Кощеева гора
Торлейв глубоко дышал, стараясь одолеть растерянность. Он понимал возмущение Прияны. Отдав Хольмгард и Гарды во владение сыну Малуши, Святослав и впрямь ограбил сына Прияны – своего законного первенца, имеющего все права на наследство отцовского рода. Даже сам Святослав не смог оправдаться ничем, кроме как «было надо». Там, в Хольмгарде, когда вокруг него сидели ильменские старейшины, старая королева Сванхейд, глава всех тамошних русов, признать владения за младшим внуком Ингвара – сыном Малуши казалось наилучшим выходом, который устроит всех. Северные русы и словене получали князя из рода Ингвара, но не Святослава, которому не доверяли, и еще лет двенадцать-пятнадцать вся власть при малолетнем князе останется в их собственных руках. А Святослав утешался тем, что передал отцовское наследие не чужому, а собственному сыну, который будет обязан ему покоряться, даже когда вырастет. По сути дела, он вовсе ничего не терял и мог радоваться, что хотя бы это дело улажено. И только вернувшись в Киев, осознал, что кое-кто все-таки от этого решения потерял, и немало. Его собственная законная жена – защитница прав шестилетнего сына. Попутно жена узнала о его связи с Малушей, которую три зимы назад от нее благополучно скрыли. Если Прияслава и улавливала какие-то намеки в оговорках киян, то могла счесть их пустыми слухами. Но ребенок, да еще и признанный отцом, нареченный княжеским именем – это не слухи. Это просто гром небесный, злая напасть.