Дети Хурина
Эта сложная концепция играет в предании роль настолько значимую, что отец даже придумал для него альтернативное название: «Нарн э'Рах Моргот, Повесть о Проклятии Моргота». Авторская интерпретация заключена в следующих словах: «На том завершилась повесть о Турине злосчастном; худшее из деяний Моргота среди людей древнего мира».
Древобрад, шагая через лес Фангорн и неся на согнутых руках-ветках Мерри и Пиппина, пел хоббитам о местах, знакомых ему в далеком прошлом, и о росших там деревьях:
- В ивовых лугах Тасаринана бродил я весной.
- А! Краса и благоухание весны в Нан-тасарионе!
- И говорил я: здесь хорошо.
- Летом скитался я в вязовых рощах Оссирианда.
- А! Свет и музыка лета в Семиречье Оссира!
- И думалось мне: здесь – всего лучше.
- К букам Нельдорета приходил я по осени.
- А! Золото и багрянец, и вздохи листвы по осени
- в Таур-на-Нельдоре!
- Чего еще мог я желать?
- К сосновым нагорьям Дортониона я поднимался зимой.
- А! Ветер и белизна, и черные ветви зимы на Ород-на-Тоне!
- Голос мой ввысь летел и пел в поднебесье.
- Ныне же все эти земли погребены под волной,
- Я же брожу в Амбароне, в Таурэморне, в Алдаломэ,
- В моих владениях, в краю Фангорна,
- Где долги корни,
- А годы бессчетны, что листья
- В Таурэморналомэ[11].
Память Древобрада, «энта землерожденного, давнего, как горы»[12], и впрямь долгая. Он вспоминает древние леса в обширном краю Белерианд, уничтоженные в ходе Великой Битвы в конце Древних Дней. Великое море нахлынуло и затопило все земли к западу от Синих гор, именуемых Эред Луин и Эред Линдон; так что карта, прилагаемая к «Сильмариллиону», заканчивается этой горной цепью на востоке, в то время как карта, прилагаемая к «Властелину Колец», ею же ограничена на западе. Прибрежные земли за Синими горами, на второй карте названные Форлиндон и Харлиндон (Северный Линдон и Южный Линдон), – вот и все, что в Третью Эпоху осталось от области, называемой как Оссирианд, Земля Семи Рек, так и Линдон: там, в буковых лесах, и бродил некогда Древобрад.